Глава ІІ (Лисичово - санаторий "Карпаты").

Выезд из Лисичово затянулся. Это уже мы виноваты. Когда спрашивали, во сколько отправляется автобус, забыли уточнить, по какому времени получили ответ: по киевскому или по местному. И в итоге опоздали. Пришлось вылавливать кого-то из обитателей села с передвижным средством. Передвижное средство оказалось с прицепом, что хорошо, и магнитофоном, что плохо. В процессе езды после каждой кочки оглядывались через заднее стекло на прицеп для подсчета уложенных в него инвентарных предметов, то есть рюкзаков. Под звуки песен то ли советской подростковой эстрады 80-х (по музыке), то ли шансона (по текстам), повествующих на полную мощность почти детским женским голосом о суровых воровских законах, наконец, добрались до нужного нам места. После высадки поднялись на небольшой водораздел, и мне показалось, что мы попали не в долину реки Боржава, а в Юго-Восточную Азию. Долина была полностью покрыта лоскутками огородов с разнообразными культивируемыми растениями. Сверху это напоминало рисовые поля. Кстати, разнообразная древесная широколиственная растительность по склонам долины тоже придавала сходство с Азией. Только более северной. Не берусь защищать достоверность этого сходства, но в тот момент первое слово, пришедшее в голову, было "Китай".

Разбили мы лагерь в средней части склона на небольшом ровном выступе, возвышавшемся среди сенокосов. Хозяином участка оказался колоритный персонаж - Иван - среднего возраста мужчина, обладатель с трудом передвигающегося чуда техники, сконструированного из старого "ГАЗа" и трактора. Мало того, что он говорил быстро, глотал слова и, естественно, на местном диалекте. Он еще и несколько букв не выговаривал. Более-менее на равных с ним мог общаться только Роман. Лично я чаще улавливал только общий смысл фраз, и то благодаря поистине итальянской мимике и жестикуляции нашего гостеприимного хозяина, преспокойно сидящего вечерами возле нашего костра на мокрой траве с босыми ногами и в расстегнутой рубахе, в то время как мы накидывали куртки. Самой запоминающейся его фразой за два дня знакомства стало выражение его геополитической ориентации: "Русія - то сила. Там всьо є".

В тот день отправиться в маршрут нам с Людмилой Юрьевной не удалось. Точнее, удалось, но не успели мы отойти от лагеря и на километр, как припустил ливень. Решили пока с героизмом повременить и вернуться к палаткам, где Роман вел с дождем и градом героическую битву за горячий ужин. При этом коллега успевал вести светскую беседу с пришедшим на знакомство к гостям вышеупомянутым Иваном.

За следующий трудодень мы наверстали упущенное и успели произвести два маршрута в обе стороны от лагеря. В вечерней беседе Иван пообещал принести нам свежеизготовленный сыр (из его уст это скорее звучало как "фыр"), но следующим утром долго дожидаться его у нас не было времени. Пришлось отправляться в дальнейший путь без сыра. Нам предстояло добраться на попутках до Россоши и подняться на хребет Великий Дил. Первая часть плана была делом техники, вторая - как оказалось, тоже. В самом начале пути на хребет нас удачно подобрал "Урал", направлявшийся туда же. Теперь нам оставалось только крепче держаться за борта кузова, уклоняться от нависающих над разбитой грунтовой дорогой веток, успевать наслаждаться захватывающим дух видом, открывавшимся по мере увеличения высоты, и радоваться, что все так хорошо сложилось. Дистанцию, которую мы преодолели за полтора часа, пешком, с рюкзаками, нам бы пришлось преодолевать часов пять. В тот день, определив место лагеря на хребте, успели даже сходить в небольшой рабочий маршрут. Стоянку мы устроили практически на трассе газопровода, недалеко от живописного небольшого озерца, возникшего, скорее всего вследствие работ по укладке труб. На северо-востоке гордо возвышалась уже знакомая нам гора Стий. Расположение на хребте давало два недостатка: сильный ветер и ночной холод.

Но прошла ночь, и холод сменился практически невыносимой жарой. На этот раз впервые за последние дни в маршрут вышли все члены экспедиции, поэтому пришлось вспомнить о тяжелых рюкзаках. Путь лежал прямо по хребту, границе Свалявского и Иршавского районов. По лесу идти было неудобно, а на дороге спасения от солнца искать было негде. К концу дня все мы, кто больше, кто меньше, чувствовали некоторое недомогание от потери воды и действия тепла. Вечером для того, чтоб найти удобное место для лагеря у воды, уклонились с хребта на север, где на карте обозначался санаторий. Учреждение для отдыха встретило нас высоким забором и громким лаем за ним. Тембр лая и его неистовство не предвещали ничего хорошего от встречи с такими сторожами. К тому же в некоторых местах забора имелись щели. Похоже, санаторий был на ремонте. Мы с миром отошли подальше и разместились недалеко от довольно полноводного водотока.

Утром в маршрут вышли Людмила Юрьевна и я. Этот день был последним, когда мы выбирались на высоту более 1000 м над уровнем моря (гора Дайманив, 1018м). Перебравшись через гору, вышли на Берлиев Дил, как шлагбаум перекрывавший путь Великого Дола к долине одной из крупнейших рек Закарпатья - Латорицы. Окинув взором раскинувшееся внизу село Брестов, стали возвращаться в лагерь. Карпаты закончились, западнее лежало Закарпатье.

На следующий день мы через село Стройнэ и райцентр Сваляву добрались до известного санатория Карпаты, основой которого является памятник архитектуры ХІХ ст. - замок-вилла австрийского графа Шенборна. Проведя небольшую самостоятельную экскурсию вокруг санатория, отправились на левый берег Латорицы искать место для стоянки, что оказалось делом нелегким. Разбили практически на краю обрывистого берега лагерь и пообедали. Время близилось к вечеру, но это не остановило нас с Романом. Мы решили выйти в рабочий маршрут в сторону Брестова. Подобным образом мы пытались сэкономить один выходной день для поездки в Мукачево. О чем в последствии не пожалели. Итак, для начала нам предстояло перебраться через Латорицу вброд. Вода доходила до пояса, все необходимое для маршрута пришлось держать на вытянутых вверх руках. Роман преодолел водное препятствие гораздо быстрее, но при этом немного повредил ступню. На несколько последующих дней его походка стала прихрамывающей. Но самое веселое ждало нас впереди. Трасса газопровода напоминала джунгли, не обошлось без лиан. Джунгли эти состояли из акации, зарослей ежевики и крапивы - то есть, колющих и режущих растений. Путаясь и цепляясь одеждой, царапая кожу, мы наконец пробились в нормальный лиственный лес. До Брестова, кроме того, что Роман видел оленя, ничего необычного не произошло. По пути назад уже было не обязательно держаться нашей рабочей трассы, а возвращаться по склоновым джунглям у нас не было никакого желания. Решили выйти на хорошую тропу и спуститься к реке. Между тем, начинало темнеть. Особенно в лесу. На одной из просек в сумерках на нас чуть не налетела сова, повернув в чащу буквально за несколько метров перед нами. К Латорице вышли уже в полной темноте, что придало острых ощущений при пересечении реки. Я снова преодолевал ее гораздо дольше. В одном из мест я в темноте сбился с брода и минуты четыре стоял на скользком подводном камне, балансируя, борясь с течением и пытаясь угадать направление, которое принесло бы мне наименьшие потери. Более-менее угадал. Вышел из воды слегка подмокшим, но вполне невредимым. В лагерь мы вернулись около одиннадцати вечера.